Митько А.В. Президент Арктической общественной академии наук, доцент ВНИИМ имени Д.И. Менделеева, доцент СПбГУ, кандидат технических наук, доцент
В условиях нарастающих мировых транспортно-логистических сбоев все более возрастает значение Трансарктического транспортного коридора (ТТК), как суверенного маршрута, способного обеспечить и защитить нашу торговлю и экономику.
Усиленное внимание подкрепляется словом: суверенитет, то есть не просто запасной, главный или даже единственный маршрут, но еще и наш суверенный транспортный коридор.
Вместе с ростом публичного веса Севморпути (СМП) растут объёмы его подпроектов и соответственно бюджетов, обеспечить которые должно или государство, или госкорпорации, или хозяйствующие субъекты (но здесь все пока сложно – так как сроки возврата таких инвестиций трудноопределимы).
Следует понимать, что трансарктическая логистика кардинально отличается от других морских коридоров. Речь идет о работе в условиях вечной мерзлоты, более чем полугодичного полного заледенения морского маршрута, более жесткой ледовой ситуации у побережий и в портах.
Из-за этого проект, в отличие от других транспортных коридоров, не может развиваться последовательно, постепенно наращивая провозные мощности под грузы. Здесь нужна параллельная работа по обеспечению: якорного груза, ледоколов, флота ледового класса, портов и навигационных систем и т.д. Тут каждый из элементов зависит от других, одновременно, сохраняя свои собственные проблемы.
К примеру, из-за технологических сложностей работы в ледовых условиях капиталоемкость ТТК значительно выше, чем других маршрутов такой же или даже большей протяжённости. Возникает необходимость круглогодичной навигации, без которой трудно обеспечить конкурентные условия для перевозок. ТТК априори будут нести высокие постоянные затраты: на минимум 5-7ледоколов челноков; усиленного навигационного контроля; ледокольной работы в портах и т.д.
С такой массивной базовой инфраструктурой ТТК будет производить операционные убытки в случае недостаточного грузопотока. Это даже если игнорировать потребность в окупаемости огромных инвестиционных затрат (более 2 трлн. руб.).
На старте проекта якорным грузом для СМП должны были стать: нефть Ванкорского месторождения компании Роснефть и СПГ компании Новатэк, однако, западные рестрикции сильно сократили их экспортный потенциал.
Дополнительной грузовой базой - должен был стать транзитный грузопоток Китай - Европа, объёмы и потенциал которого тоже значительны. Однако, и он сегодня находится в рестрикционной блокаде.
В итоге не вполне понято не только, что именно мы собираемся возить по СМП, но и как избегать экспоненциального роста убытков, если даже представить, что ТТК полностью построен и работает, а 100%-но гарантированный груз - только «северный завоз» (около 3,5 млн. тонн).
Другой вопрос - для каких наших перевозок мог бы пригодиться СМП сегодня?! Допустим, это может быть замена Усть-Луги в части поставки нефти в Китай и Индию, с учетом рисков по Балтике и сбоев в логистике через Юг, но в этой схеме задействована балтийская трубопроводная система, без ответвлений на порт Мурманск. То есть придется строить новый нефтепровод.
Если речь о контейнерных перевозках. Для импорта с Востока прекрасно подходят наша железнодорожная сеть, экспорт тоже в основном переориентирован на Восток, а транзита там пока нет.
Допустим вариант, что для привлечения контейнерного - по ТТК может сработать международное партнёрство (тот же DP World), здесь даже в лучшие времена речь шла о 7-10 млн.тонн к 2035 году, при потребности в полутора - двух сотнях для минимальной эффективности проекта.
Напрашивается вывод о том, что даже при самой благоприятной конъюнктуре транспортного рынка и ограничениям по базовым маршрутам Юга, очевидных выгод для ТТК не особо видно.
Возможно, в дальнейшем сработают дополнительные факторы - отмена санкций, удешевление инвестиций, доступ к технологиям и т.д…или на худой конец полная блокировка Суэца и серьезные проблемы по маршруту вокруг Мыса Доброй Надежды, что, разумеется, маловероятно в принципе.
То есть золотое время нашей Арктики все еще впереди, а его прекрасные суверенные контуры по-прежнему видны только экспертам.
