Митько А.В. Президент Арктической общественной академии наук, руководитель совета КС НСБ России, доцент ВНИИМ им. Д.И. Менделеева, Санкт-Петербургский государственный университет
В преддверии встречи Президентов России и США на Аляске вышло несколько знаковых материалов о перспективах Арктической зоны и Северного морского пути (СМП).
Вячеслав Рукша коротко и ясно показал, как устроен бизнес Арктики и СМП, где его основная миссия и якорный груз. Здесь и сжиженный природный газ (СПГ) – 60 млн.тонн по году (включая проекты Ямал СПГ и две Арктик СПГ), Восток-ойл 100 млн. тонн к 2030 году (включая месторождения Ванкорское, Пайяхское, «Сузун», «Тагул», «Лодочная» и прочие месторождения), компания Норникель с небольшим (1 млн. тонн в год), но платежеобразующим объёмом.
Параллельно, исследованием темы занимается и противоположный политический лагерь. Здесь аргументы более дискуссионные и прогнозы консервативные.
Речь о том, что по проекту Восток-ойл, например, прогноз на 2025 год для СМП 35 млн. тонн., а факт 2024 года года — 14 млн. тонн, и не на СМП, а по исторической трубе, идущей на юго-запад Ванкор — Пурпе, и через систему компании Транснефть в порты Балтики, Черного моря и Тихого океана.
Ванкорский кластер начал осваиваться еще в 2000-ых годах, вокруг него есть еще ряд площадей, которые достались компании Роснефть при покупке ТНК BP в 2013 году.
Запасы здесь постепенно сокращаются, сегодня это 14 млн. тонн против 25 млн. тонн в год на пике добычи.
Сейчас ведется строительство трубопровода от Ванкорского месторождения на Север к порту Бухта Север в Северном Ледовитом Океане, труба проходит через Пайяхское месторождение. В настоящее время и сама разработка месторождений, и строительство инфраструктуры идет с существенной задержкой. А расположенные в новом порту 16 емкостей хранения нефти по 30 тыс. куб. м предполагают среднюю мощность отгрузки 70 тыс. тонн в сутки. То есть, терминал мощностью 25 млн. тонн в год максимум (а не 100 млн. тонн).
Период окупаемости новых месторождений в принципе очень растягивается, новые объёмы вводятся медленно из-за действия квот ОПЕК.
В это же время в нефтяной отрасли, как и везде, капитал дорогой, денег не хватает. Ранее для развития проектов в нефтянной отрасли использовалось финансирование через снижение налоговых затрат и перенаправление средств в проекты развития. Сейчас пополнение бюджету нужны без оттяжки, то есть кредитование через налоговые отсрочки невозможно.
В части СПГ ситуация значительно лучше, а перспективы яснее. Благодаря превентивному старту проектов СПГ в Арктической зоне Россия стала значимым игроком на рынке СПГ после ограничений трубопроводных поставок.
Сегодня проект «Ямал СПГ» запущен и работа с превышением проектной мощности на10-15% ( 20 млн. тонн в год).
А вот проект Арктик СПГ 2 (проектно 21,4 млн. тонн в год) наиболее пострадал от санкций куда попал не только груз, но и танкеры и плавучие хранилища СПГ «Саам» и «Коряк» у берегов Кольского полуострова и Камчатки.
Проект Арктик СПГ 1 – пока в разработке.
Есть версия, что основным конкурентом, заинтересованным в сдерживании российского СПГ является США. Сегодня, когда рынок сбалансирован, профицита нет, США не вводит санкции против хозяйствующей деятельности на Ямале, но вводит жесткие адресные рестрикции по проекту Арктик СПГ-2, чтобы исключить его из рыночного предложения. Есть риск, что с вводом в строй новых американских заводов в 2025–2026 годах на рынке возникнет избыток СПГ, в этих условиях проект «Ямал СПГ» тоже может стать санкционной мишенью.
В части логистики, особенно нефтяной, ситуация так же далека от идельной: для бесперебойной отгрузки нефти по СМП необходимы танкеры ледового класса Arc7. Один рейс туда-обратно будет занимать в среднем 15–16 дней, а значит, для работы линии потребуется 15 танкеров дедвейтом 70 тыс. тонн.
Столько танкеров этого класса не строится. И в ближайшие годы появятся единицы таких судов. На выручку мог бы прийти Китай, который развивает строительство судов арктического класса, но некоторые ключевые технологии все еще необходимо лицензировать у западных поставщиков, и китайские судостроители вынуждены выбирать между поставками российским заказчикам и риском оказаться под санкциями.
В последние десятилетия в Арктике разворачивается напряженная борьба за влияние. Никто из игроков не сомневается в стратегической важности региона, поэтому все стремятся расширить свое присутствие, закрепить за собой территории и создать платформы для будущего развития.
Но несмотря на то, что арктические энергетические ресурсы могут быть потенциально обширными, а расстояния для транспортировки сравнительно невелики, затраты на добычу и логистику зачастую все равно остаются слишком высокими.
В результате Арктика до сих пор не стала важным крупным направлением для мировой энергетической отрасли. А со временем, в условиях антиуглеродной экологической политики, ее инвестиционный потенциал, скорее всего, будет снижаться. А значит надо не только просто действовать, но и ускориться.
